Дети с врожденными и приобретенными деформациями позвоночника получат квалифицированную помощь лучших врачей Союзного государства

В 2017 году стартует давно ожидаемая программа союзного значения «Разработка новых спинальных систем с использованием технологий прототипирования в хирургическом лечении детей с тяжелыми врожденными деформациями и повреждениями позвоночника», которая призвана лучшим органом организовать своевременную и всеобъемлющую помощь каждому ребенку, попавшему в беду. Лечение травм и врожденных проблем позвоночника планируется оплачивать средствами из бюджета Союзного государства.

 

О проблемах и перспективах данной масштабной работы С.В. Виссарионов рассказал корреспондентам «Российской Газеты».

 — Сергей Валентинович, вы — один из лучших практикующих детских хирургов в России. Что сподвигло вас заняться теорией — разработкой союзной программы?

Сергей Виссарионов:

Виссарионов Сергей Валентинович— К сожалению, в последние годы статистика детей с врожденной деформацией позвоночника неутешительная. На сегодняшний день в России более 300 тысяч детей имеют врожденную деформацию позвоночника. Около 50 процентов из них нуждаются в хирургическом лечении в раннем возрасте, то есть до 3 лет.

При этом в настоящее время на всей территории России оперируется менее 2 процентов пациентов. Причем разных возрастных категорий.

В Беларуси проблема раннего хирургического лечения детей с врожденными деформациями позвоночника находится в стадии разработки. Кстати, наши партнеры по реализации программы — Республиканский НПЦ травматологии и ортопедии Беларуси, где работают высококлассные специалисты, имеющие многолетний опыт выполнения научных исследований и разработок по спинальной хирургии.

Одновременно с этим, есть и другая проблема — это отсутствие своевременной и адекватной хирургической помощи детям с тяжелой травмой позвоночника. Здесь мы тоже имеем плачевную статистику. В России ежегодно количество переломов позвоночника у пациентов детского возраста составляет до 7 процентов среди всех повреждений позвоночного столба. В Беларуси это 9,47 процента.

В свою очередь, тяжелые повреждения позвоночника, сопровождающиеся неврологическими нарушениями, требуют хирургического лечения в первые часы от момента травмы. Иначе это приводит к необратимым последствиям и инвалидности пациентов.

 — Что даст новая программа таким детям?

Сергей Виссарионов:

— В первую очередь, возможность стать здоровыми и жить нормальной полноценной жизнью. Ведь главное — вовремя начать заниматься врожденной деформацией позвоночника. В старшем возрасте болезнь резко прогрессирует — страдают сердце, легкие и спинной мозг. Поэтому мы разработали технологии, которые сегодня не имеют мировых аналогов.

Впервые будут разработаны образцы новых отечественных спинальных систем для хирургического лечения детей в раннем возрасте с врожденными деформациями и повреждениями позвоночника. Также впервые будут разработаны и отработаны индивидуальные хирургические методики лечения детей с использованием технологий 3D-прототипирования, позволяющие радикально исправить деформацию позвоночника за одно хирургическое вмешательство и создать условия для его нормального развития в процессе роста ребенка.

В ходе реализации программы будет создана система организации помощи детям с повреждениями позвоночника, которые нуждаются в экстренном и неотложном хирургическом лечении. Кроме того, планируем разработать алгоритм диагностических мероприятий, направленных на раннее выявление и прогнозирование темпов прогрессирования врожденной деформации позвоночника у детей.

 — А как это будет выглядеть на практике? Ведь сегодня 3D-моделирование и так активно применяется в современной медицине, например, в челюстно-лицевой хирургии?

Сергей Виссарионов:

— Но в травматологии и ортопедии у детей, даже в зарубежных клиниках, эти методики практически не используются. На сегодняшний день наши разработки технологий моделирования и 3D-прототипирования при патологии позвоночника, особенно у пациентов детского возраста, не имеют мировых аналогов.

Зарубежные специалисты прибегают к этапным хирургическим операциям, и можно себе представить, насколько это сложно, тяжело и болезненно для ребенка. Моя же задача прооперировать ребенка один-единственный раз, чтобы он дальше нормально рос и развивался. Что мы и предлагаем в этой программе. Все ее результаты будут направлены на раннее хирургическое вмешательство, радикальную коррекцию деформации, что в дальнейшем не потребует многоэтапных хирургических вмешательств.

Как это происходит на практике? Мы берем у ребенка кровь, проводим анализ по определенным факторам и видим, есть ли у него проблемы, будет ли деформация прогрессировать с возрастом и показано ли ему хирургическое лечение.

Далее при помощи 3D-технологий мы создаем индивидуальные модели деформированного отдела позвоночника. Такой подход позволяет нам моделировать все детали операции и осуществлять индивидуальный подбор металлоконструкции с учетом характера порока, анатомии и размеров позвонков, а также их прочностных особенностей.

 — Знаем, что каждая союзная программа должна иметь и так называемый экономический эффект…

Сергей Виссарионов:

— Он очень высокий! Разработка современных хирургических технологий позволит сократить сроки стационарного лечения детей с данной патологией в 1,5-2 раза. Уменьшит расходы на их лечение на 15-20 процентов и снизит уровень инвалидности детского населения с заболеваниями и повреждениями позвоночника в 2-3 раза.

Разработка образцов новых отечественных спинальных систем для оперативного лечения детей с патологией позвоночника позволит уменьшить расходы на приобретение металлоконструкций в 3-5 раз по сравнению с имеющимися импортными аналогами. В конечном итоге это даст возможность выхода на зарубежные рынки конкурентных новых хирургических технологий и спинальных металлоконструкций, основанных на результатах, полученных в рамках реализации программы.

 

Источник: Интернет-портал «Российской газеты» RG.RU, ссылка на материал